IN THE MODERN SINGING CULTURE

Abstract:The article tells about the particularity of using Joseph Brodsky's lyric poetry in the modern rock performers' lyrics.

Key words: Joseph Brodsky, modern singing culture.

About the author: Mateeva Natalia Mikhailovna.

Place of employment: Educational Centre of the International Academy of Sciences of Higher School.

Post: Lecturer.

В текущее IN THE MODERN SINGING CULTURE время некие музыкальные исполнители выбирают в качестве текстов для собственных песен стихотворения классиков. В прошедших работах мы обрисовывали случаи выполнения разными музыкантами песен на стихотворения С. Есенина, В. Маяковского, А. Блока и др., в итоге чего выявили типологию конфигураций, происходящих при трансформации стихотворного текста в песенный [См. 2, 3, 4, 5]. В сей раз IN THE MODERN SINGING CULTURE мы решили подробнее разглядеть случаи воззвания музыкантов к лирике ещё 1-го из самых важных поэтов ХХ века – Иосифа Бродского.

Так, нами были обнаружены последующие песни на стихи Иосифа Бродского: «Сохрани мою тень» и «Я сижу у окна» («Ночные снайперы»), «Неужели не я» («Сурганова и Оркестр»), «Рождественский IN THE MODERN SINGING CULTURE романс» и «Дебют» («Мегаполис»), «Конец прелестной эпохи» («Сплин»), «SONATA C#m (о слепых музыкантах)» («Dругой Ветер»), также целый альбом барда Олега Митяева «Ни страны, ни погоста» с 17-ю песнями на стихи поэта (музыка Л. Марголина) [См. 6].

Применив к перечисленным выше песням выведенную нами ранее типологию (исполнитель оставляет начальный стихотворный текст без конфигураций IN THE MODERN SINGING CULTURE; в тексте выполняются малозначительные конфигурации; употребляется одно трансформированное стихотворение; употребляются элементы нескольких стихотворений) мы получили последующие результаты:

1) Исполнитель оставляет начальный стихотворный текст без конфигураций.Песни, относящиеся к данному пт, мы нашли только у Олега Митяева («Ночной полёт», «Колыбельная», «Вот я вновь принимаю парад» и др.). Отсутствие IN THE MODERN SINGING CULTURE конфигураций тут разъясняется специфичностью бардовской песни, принципиальные черты которой – искренность, задушевность, незамудреное на 1-ый взор выполнение под гитару, отсюда – рвение точно соблюсти и очень понятно донести до слушателей начальные тексты, привнеся своё мироощущение через ординарную, в некий степени даже близкую к народной, музыку и выполнение. Заглавие альбома – «Ни страны IN THE MODERN SINGING CULTURE, ни погоста» – определяет его тему: сюда вошли сначала ностальгические песни на стихотворения о родине, древнем укладе, уединённой жизни и т.д.

2) В тексте выполняются малозначительные конфигурации.Заметим, что граница меж этим и последующим методами перекодировки несколько условна, потому что трудно найти точную количественную разницу меж значительными и малозначительными переменами, но IN THE MODERN SINGING CULTURE мы посчитали вероятным отнести к данному типу песню группы «Dругой ветер» «SONATA C#m (о слепых музыкантах)» на стихотворение Бродского «Стихи о слепых музыкантах». Изменение жанра выражается в заглавии – у Бродского это стихи, у «Dругого ветра» это уже музыкальное произведение – соната. Практически всю первую половину композиции «Dругого ветра» составляет музыкальный проигрыш IN THE MODERN SINGING CULTURE – современная аранжировка «Лунной сонаты» Бетховена, оправдывая заявленное заглавие, и, когда слушатель уже не ждет услышать какой-нибудь текст, начинает звучать стихотворение Бродского, которое быстрее читается, чем поётся. Песню завершает также длиннющий музыкальный проигрыш. Музыканты оставляют стихотворение Бродского без конфигураций, но перед последним четверостишием добавляют две собственные строки: «Итак, всё IN THE MODERN SINGING CULTURE как и до этого: / Сомнения, боль, надежды».Представим, что таким методом музыканты попробовали подвести в тексте собственный свой результат, соединить в песне сходу три эры (конец XVIII ‑ начало XIX века – Бетховен, XX век – Бродский, XXI век – «Dругой ветер»), соединить спустя много лет мироощущения композитора Бетховена и IN THE MODERN SINGING CULTURE поэта Бродского и добавить к ним своё собственное мироощущение – «всё как и прежде». Непринципиально, какой на данный момент век, искусство вечно, и каждый творец испытывает «сомнения, боль, надежды» и вносит всё это в свои произведения.

Практически без конфигураций, на 1-ый взор, песню «Конец прелестной эпохи» на одноименное стихотворение исполняет IN THE MODERN SINGING CULTURE Александр Васильев из группы «Сплин», и только очень внимательный слушатель может увидеть, что из 11 шестистиший в песне остаётся только 10 – теряется 5-ая строфа:

Только рыбы в морях знают стоимость свободе; но их

немота вынуждает нас вроде бы к созданью собственных

этикеток и касс. И место торчит прейскурантом.

Время сотворено гибелью. Нуждаясь в IN THE MODERN SINGING CULTURE телах и вещах,

характеристики тех и других оно отыскивает в сырых овощах.

Кочет внемлет курантам.

В последующих работах мы разглядим вероятные предпосылки исчезновения конкретно этой строфы, представим, что в таком длинноватом тексте исполнитель мог пропустить её как случаем (а дальше данная ошибка закрепилась), так и преднамеренно (для сокращения длины песни).

3) Употребляется IN THE MODERN SINGING CULTURE одно трансформированное стихотворение, в каком могут заменяться многие слова, переставляться и удаляться строфы; при всем этом содержание текста трансформируется.К этой группе относится наибольшее количество песен – «Сохрани мою тень» и «Я сижу у окна» «Ночных снайперов», «Неужели не я» «Сургановой и Оркестра», «Рождественский романс» и «Дебют» группы «Мегаполис».

Стихотворение IN THE MODERN SINGING CULTURE Бродского «Рождественский романс» состоит из 6 восьмистиший, тогда как одноимённая песня группы «Мегаполис» состоит из 4 куплетов. Музыканты исполняют 1, 2, 5 и 6 строфы, 3 и 4 же строфы не попадают в текст песни. Это может быть объяснено как необходимостью уложить песню в определённые временные рамки (песня с 6 куплетами была бы очень длинноватой), так и IN THE MODERN SINGING CULTURE конкретно содержанием данных строф. Если реалии, описываемые в 1, 2, 5 и 6 строфах, нейтральны и полностью животрепещущи для современности (фонари, запивохи, такси, фотографирующие столицу иноземцы, зима, вечерние огни и т.д.), то явления из 3 и 4 строф (керосинная лавка, блуждающий еврейский выговор) более свойственны для ушедшей эры и в современной песне звучали бы IN THE MODERN SINGING CULTURE не животрепещуще.

В качестве рефрена, циклического два раза после первых 2-ух куплетов и семь раз в конце песни, выступает заглавие стихотворения – «Рождественский романс». Таким макаром, заглавие начального текста остаётся в тексте вторичном не только лишь как зрительный компонент (в заглавии на обложке диска), да и вербализуется.

Схожим образом «Мегаполис» действует и IN THE MODERN SINGING CULTURE с песней на стихотворение «Дебют»: заглавие становится рефреном и повторяется четырежды после первой и после 2-ой части песни. Выделение в тексте 2-ух частей соответствует разделению стихотворения у Бродского: в первой части лирический субъект – Она, во 2-ой части – Он.

В первой части количество строф остается прежним, изменяются только одно наречие IN THE MODERN SINGING CULTURE (с «непрочно» на «неплотно») и один глагол («пустота ползла» на «пустота текла»). В первом случае изменение может быть обосновано фоносемантическими особенностями (в неспешной музыкальной композиции слово «неплотно» звучит более плавненько, чем «непрочно»), во 2-м случае – ассоциативным рядом: лирический субъект находится в ванной, потому пустота, подобно воде, течёт, а не IN THE MODERN SINGING CULTURE ползёт.

Во 2-ой части из четырёх начальных четверостиший остаётся только 1-ое и четвёртое, представим, что синтаксически неразрывные 2-ое и третье исчезают также как в целях сокращения длины песни, так и из-за содержания: если в оставшемся тексте действия разворачиваются в домах лирических субъектов, то в изъятых строфах действие IN THE MODERN SINGING CULTURE происходит на улице (герой дожидается такси на проспекте). «Дверь тихо притворившая рука» в первой строке 2-ой части изменяется на «Дверь тихо отворившая рука», и, благодаря подмене всего только одной приставки и исчезнувшему описанию улицы, мы лицезреем лирического субъекта 2-ой части исключительно в одном месте (его дом), а не IN THE MODERN SINGING CULTURE в нескольких, как у Бродского (дом девицы, проспект, такси, собственный дом).

В песне «Ночных Снайперов» «Я сижу у окна» на одноимённое стихотворение Иосифа Бродского начальный текст претерпевает только два лексических конфигурации, также происходит компиляция стихотворных строк.

Иосиф Бродский Ночные Снайперы
Я всегда говорил, что судьба ‑ игра. Что для чего нам рыба IN THE MODERN SINGING CULTURE, раз есть икра. Что готический стиль одолеет, как школа, как способность торчать, избежав укола. Я сижу у окна. По ту сторону окна осина. Я обожал немногих. Но ‑ очень. Я считал, что лес – только часть полена. Что для чего вся дева, если есть колено. Что, утомившись от поднятой веком IN THE MODERN SINGING CULTURE пыли, российский глаз отдохнёт на эстонском шпиле. Я сижу у окна. Я промыл посуду. Я был счастлив тут, и уже не буду. Я писал, что в лампочке ‑ кошмар пола. Что любовь, как акт, лишена глагола. Что не знал Эвклид, что сходя на конус, вещь обретает не ноль, но IN THE MODERN SINGING CULTURE Хронос. Я сижу у окна. Вспоминаю молодость. Улыбнусь порою, иногда отплюнусь. Я произнес, что лист разрушает почку. И что семя, упавши в дурную почву, не дает побега; что луг с поляной есть пример рукоблудья, в Природе данный. Я сижу у окна, обхватив колени, в обществе своей грузной тени. Моя песня IN THE MODERN SINGING CULTURE была лишена мотива, но зато её хором не спеть. Не чудо, что в заслугу мне за такие речи собственных ног никто не кладёт на плечи. Я сижу в мгле; как скорый, море гремит за волнистой шторой. Гражданин второсортной эры, гордо признаю я продуктом второго сорта свои наилучшие мысли IN THE MODERN SINGING CULTURE, и денькам будущим я дарю их, как опыт борьбы с удушьем. Я сижу в мгле. И она не ужаснее в комнате, чем мгла снаружи. Я всегда говорил, что судьба ‑ игра. Что для чего нам рыба, раз есть икра. Что готический стиль одолеет, как школа, как способность торчать, избежав укола. Я IN THE MODERN SINGING CULTURE считал, что лес ‑ только часть полена. Что для чего вся дева, раз есть колено. Что, утомившись от поднятой веком пыли, российский глаз отдохнет на эстонском шпиле. Я сижу у окна. По ту сторону окна осина. Я обожал немногих. Но ‑ очень. Я сижу у окна. Я промыл посуду. Я был счастлив IN THE MODERN SINGING CULTURE тут, и уже не буду. Я сижу у окна. Я писал, что в лампочке ‑ кошмар пола. Что любовь, как акт, лишена глагола. Что не знал Эвклид, что, сходя на конус, вещь обретает не ноль, но Хронос. Я произнес, что лист разрушает почку. И что семя, упавши в IN THE MODERN SINGING CULTURE дурную почву, не дает побега; что луг с поляной есть пример рукоблудья, в Природе данный. Я сижу у окна. Вспоминаю молодость. Улыбнусь порою, иногда отплюнусь. Я сижу у окна, обхватив колени, в обществе собственной грузной тени. Я сижу у окна. И моя песнь была лишена мотива, но зато IN THE MODERN SINGING CULTURE её хором не спеть. Не чудо, что в заслугу мне за такие речи собственных ног никто не кладет на плечи. Гражданин второсортной эры, гордо признаю я продуктом второго сорта свои наилучшие мысли и денькам будущим я дарю их как опыт борьбы с удушьем. Я сижу у окна в мгле; как скорый, море IN THE MODERN SINGING CULTURE гремит за волнистой шторой. Я сижу в мгле. И она не ужаснее в комнате, чем мгла снаружи. Я сижу у окна. Я сижу у окна.

Так, стихотворение Бродского состоит из 6 шестистиший, текст песни «Ночных снайперов» состоит из трёх куплетов и трёх припевов. В свою очередь, каждый IN THE MODERN SINGING CULTURE куплет состоит из 2-ух четверостиший, которые являются первыми 4-мя строками каждого шестистишия из стихотворения Бродского. Оставшиеся же две строки, в свою очередь, образуют припевы (выше они выделены курсивом), после каждого припева повторяется предложение «Я сижу у окна», вынесенное в название. Внедрение конкретно пятой и 6-ой строк каждого шестистишия для припева обосновано тем IN THE MODERN SINGING CULTURE, что в стихотворении Бродского они являются типичным рефреном, также начинаясь со слов «Я сижу у окна» (в 5-ом и шестом шестистишиях – «Я сижу в темноте»). Фраза «в обществе своей грузной тени» во 2-м припеве заменяется на «в обществе собственной грузной тени», а сначала третьего припева «Я сижу в темноте IN THE MODERN SINGING CULTURE» заменяется на «Я сижу у окна в темноте». Оба эти конфигурации связаны с необходимостью уложить текст в формат определённого музыкального ритма. В конце предложение «Я сижу у окна» повторяется два раза, помогая плавному окончанию песни.

Значимые конфигурации претерпевает в песне «Ночных Снайперов» стихотворение «Сохрани мою тень». У Бродского IN THE MODERN SINGING CULTURE оно состоит из 6 восьмистиший, написанных пятистопным анапестом. Текст «Ночных Снайперов» сокращается до 5 девятистиший, написанных чередованием двустопного, трехстопного и одностопного анапеста. Так, один куплет из песни по объему оказывается равным всего четырем строчкам начального стихотворения. Также происходят некие лексические конфигурации.

1-ый куплет песни практически соответствует первому четверостишию стихотворения IN THE MODERN SINGING CULTURE, но утвердительное предложение «Ты останешься после меня» «Ночные Снайперы» подменяют на риторический вопрос «Что остается после меня?», что придаёт тексту песни дополнительную философичность и принуждает слушателей задуматься о будущем вкупе с исполнителем. 2-ой куплет соответствует первой половине второго восьмистишия и не содержит никаких конфигураций. Потому что 5-ый куплет на сто процентов IN THE MODERN SINGING CULTURE соответствует второму, можно именовать эти две части песни собственного рода припевом. В 3-ем куплете употребляются две 1-ые строчки 4-ого восьмистишия, которые, но, начинаются не с фразы «Не желаю умирать», а с фразы «Сохрани мою тень». 2-ая половина третьего куплета соответствует 2-ой половине первого куплета (можем именовать эти IN THE MODERN SINGING CULTURE строчки рефреном). В качестве 4-ого куплета употребляется 2-ая половина первого восьмистишия. Из начального стихотворения вполне выбрасывается 3, 5, 6, также половина 2 и большая часть 4 четверостишия, «Ночные Снайперы» употребляют наименее одной трети начального текста.

Иосиф Бродский Ночные Снайперы
Сохрани мою тень. Не могу разъяснить. Извини. Это необходимо сейчас. Сохрани мою тень, сохрани. За твоею спиной IN THE MODERN SINGING CULTURE смолкает в кустиках беготня. Мне пора уходить. Ты останешься после меня. До свиданья, стенка. Я пошёл. Пусть приснятся кустики. Повдоль уснувших больниц. Освещённый луной. Как и ты. Постараюсь навек сохранить этот вечер в груди. Не сердись на меня. Необходимо что-то иметь сзади. Сохрани мою тень. Эту надпись IN THE MODERN SINGING CULTURE не надо стирать. Всё равно я сюда никогда не приду дохнуть, Всё равно ты меня никогда не попросишь: вернись. Если кто-то прижмётся к для тебя, дорогая стенка, улыбнись. Человек ‑ это шар, а душа ‑ это нить, говоришь. По правде глядит на тебя неведомый малыш. Отпустить – говоришь ‑ вознестись над IN THE MODERN SINGING CULTURE зеленоватой листвой. Ты глядишь на меня, как я падаю вниз головой. Разнобой и тоска, мгла и слеза на очах, изобилье минут вдали на больничных часах. Проплывает буксир. Пустота у него за кормой. Золотая луна высоко над кирпичной кутузкой. Посвящаю свободе одиночество около стенки. Завещаю стенке стук шагов среди тишины. Обращаюсь к стенке IN THE MODERN SINGING CULTURE, в мгле напряженно дыша: завещаю для тебя навечно взнуздать малыша. Не желаю дохнуть. Мне не выдержать погибели мозгу. Не пугай малыша. Я боюсь погружаться во тьму. Не желаю уходить, не желаю дохнуть, я дурачина, не желаю, не желаю погружаться в сознаньи во мрак. Только жить, только IN THE MODERN SINGING CULTURE жить, подпирая твой холод плечом. Ни для себя, ни другим, ни любви, никому, ни при чём. Только жить, только жить и на все наплевать, забывать. Не желаю дохнуть. Не могу я себя убивать. Так окликни меня. Мастерица орать и ругать. Так окликни меня. Так просто малыша испугать. Так окликни меня IN THE MODERN SINGING CULTURE. Не то сам я на данный момент закричу Эй, малыш! ‑ и тотчас по местам пустым полечу. Ты права: необходимо что-то иметь за спиной. Отлично, что сейчас остаются во мраке за мной не безмолвный агент с голубиным плащом на плече, не душа и не плоть ‑ только тень на твоем кирпиче IN THE MODERN SINGING CULTURE. Изолятор тоски ‑ либо просто движенье вперед. Надзиратель любви ‑ либо просто мой российский люд. Отлично, что нашлась та, что может и вас породнить. Отлично, что всегда все равно вам, кого вам казнить. За тобою кутузка. А за мною — только тень на для тебя. Отлично, что ползет ярко-желтый рассвет IN THE MODERN SINGING CULTURE по трубе. Отлично, что кончается ночь. Приближается денек. Сохрани мою тень. Сохрани мою тень. Не могу разъяснить, Извини, это необходимо сейчас. Сохрани мою тень. Сохрани. За моею спиной Смолкает в кустиках беготня, Мне пора уходить. Что остается после меня? Сохрани мою тень. Эту надпись не надо стирать, Всё равно IN THE MODERN SINGING CULTURE я сюда Никогда не приду Дохнуть, Всё равно ты меня Никогда не попросишь ‑ вернись, Если кто-то прижмётся к для тебя, Дорогая стенка, улыбнись. Сохрани мою тень. Мне не выдержать погибели мозгу, Не пугай малыша. Мне так необходимо побыть Одному. За моею спиной Смолкает в кустиках беготня, Мне пора уходить IN THE MODERN SINGING CULTURE. Что остается после меня? До свиданья, стенка. Я ушёл ‑ пусть приснятся кустики Средь уснувших больниц, Освещённых луной, Как и ты. Постараюсь навек Сохранить этот вечер в груди, Не сердись на меня, Необходимо что-то иметь сзади. Сохрани мою тень. Эту надпись не надо стирать, Всё равно я сюда Никогда не IN THE MODERN SINGING CULTURE приду Дохнуть, Всё равно ты меня Никогда не попросишь – вернись, Если кто-то прижмётся к для тебя, Дорогая стенка, улыбнись.

4) При составлении текста песни употребляются элементы нескольких стихотворений.Мы не отыскали примеров использования в одной песне 2-ух и поболее стихотворений Иосифа Бродского. Все же популярность его творчества IN THE MODERN SINGING CULTURE посреди всё более широкого круга музыкантов и слушателей не исключает способности возникновения таких песен. Совместно с тем, в современной музыкальной культуре мы находим и очень новаторские случаи использования стихотворений поэта: так, группа «Nефть» в клипе «Сказки» и тизере к нему обращается к двум стихотворениям Бродского непосредственно и творчеству IN THE MODERN SINGING CULTURE поэта в целом сходу на нескольких уровнях цитирования (аудиоцитата, текстовая цитата и т.д.) [1].

Подводя результат, обратим внимание, что к текстам Иосифа Бродского обращаются в собственном творчестве сначала рок-музыканты. Рок-музыка, как и поэзия Бродского, в неком роде «элитарна» и сложна для осознания. Корректируя мысли предшественника через собственное восприятие реальности IN THE MODERN SINGING CULTURE и конъюнктуру времени, упомянутые выше музыканты в конечном итоге передают слушателям как своё мироощущение, так и мироощущение поэта.

Литература

1. Майорова Ю. М. Для чего «Сказкам» Бродский? Об одном клипе группы Nефть [Текст] / Ю. М. Майорова // Российская рок-поэзия: текст и контекст. – Екатеринбург, Тверь, 2013. – Вып. 14. – 386 с. – С. 344‑350.

2. Матвеева Н. М. Поэзия С IN THE MODERN SINGING CULTURE. Есенина в современной песенной культуре: опыт построения типологии [Текст] / Н. М. Матвеева // Слово: Сборник научных работ студентов и аспирантов. – Тверь, 2009. – 220 с. – Вып. 7. – С. 37‑40.

3. Матвеева Н. М. Стихотворения С.А. Есенина и В.В. Маяковского в современной песенной культуре: построение типологии [Текст] / Н. М. Матвеева // Слово: Сборник IN THE MODERN SINGING CULTURE научных работ студентов и аспирантов. – Тверь, 2010. – Вып. 8. – 200 с. – С. 150‑154.

4. Матвеева Н. М. Лирика Александра Блока в современной песенной культуре [Текст] / Н. М. Матвеева // Слово: Сборник научных работ студентов и аспирантов. – Тверь, 2011. – Вып. 9. – 188 с. – С. 115‑119.

5. Матвеева Н. М. Лирика российских поэтов ХХ века в творчестве рок-групп «Ночные снайперы» и «Сурганова и IN THE MODERN SINGING CULTURE оркестр» [Текст] / Н. М. Матвеева // Российская рок-поэзия: текст и контекст. – Екатеринбург, Тверь, 2013. – Вып. 14. – 386 с. – С. 271‑280.

6. Митяев О. Г. Ни страны, ни погоста (песни Л. Марголина на стихи И. Бродского) [Электронный ресурс] // Портал «Авторская песня». – Режим доступа: http://www.bard.ru/cgi-bin/disk.cgi?disk=859 (дата воззвания: 25.11.2013).


УДК 821.161.1-192(Науменко IN THE MODERN SINGING CULTURE М.)

ББК Ш33(2Рос=Рус)-8,445

Код ВАК 10.01.08

ГРНТИ 17.81.31

А. Э. СКВОРЦОВ[41]

Казань

ПЕСНИ Миши НАУМЕНКО

И ИХ ЗАПАДНЫЕ Эталоны

Инструкция: В статье анализируется генетическая связь песен М. Науменко с англо-американскими источниками и показывается своеобразие их трансформации в российском контексте. Творчество создателя рассматривается как естественное продолжение и развитие российских литературных традиций переводной IN THE MODERN SINGING CULTURE поэзии.

Ключевики: рок, жанр, источник, адаптация, оригинальность, универсальность.

Сведения об создателе: Скворцов Артём Эдуардович, доктор филологических наук.

Место работы: Казанский (Приволжский) федеральный институт.

Должность: доцент кафедры российской литературы и методики преподавания.

Контакты: 420111, г. Казань, ул. Кави Наджми, д. 24, кв. 4; bireli@inbox.ru.

A. E. SKVORTSOV

Kazan


immunnaya-teoriya-sepsis-referat.html
immunnie-mehanizmi-razvitiya-parodontita.html
immunodeficit-koshek-referat.html